Михаил Александрович Гладких — живописец, мир образов

Родился он в 1968 году в Салавате, на юге Башкортостана. Учиться уехал в Челябинск, потом вернулся в республику и с тех пор живёт и работает в Уфе. В его случае биография вообще удобнее читается по холстам, чем по перечню регалий. Биографичность здесь не декларация, а рабочий приём: родственники, соседи, ученицы и домашние животные попадают в сюжет на равных правах с брейгелевскими слепцами и босховскими мучениками. И это многое говорит о том, как художник понимает дистанцию между зрителем и картиной. Дистанции, по сути, нет. Есть приглашение войти и разобраться самому.

Профессиональная школа у него двойная. В 1988 году он окончил Челябинское училище искусств и в том же году начал выставляться: сначала зональные и городские выставки, дальше региональные и международные. Через восемь лет, в 1996-м, к училищу добавился художественно-графический факультет Башкирского государственного педагогического института, сегодня это БГПУ имени М. Акмуллы. Педагогическое образование не осталось формальностью. Гладких преподаёт, и ученический портрет у него сложился в отдельную линию, мягкую и почти домашнюю.

Круг сообществ складывался постепенно. С 2006 года он член Творческого союза художников России и Международной федерации художников при ЮНЕСКО, секция живопись. В публикациях название союза иногда сокращают до «Союза художников России», хотя это разные организации, и путаница тут устойчивая. В 2019-м добавилась РОО «Творческая ассоциация художников, мастеров современного искусства АртПуть», в 2020-м — Евразийский союз художников. Ни одно из этих членств его живопись не объясняет, зато они объясняют расписание: выставки, симпозиумы, поездки.

Главный приём на поверхности прост: взять узнаваемый сюжет старого мастера и перевести его в другой облик, чаще всего звериный. В «Партии» мыши изображают репинских бурлаков, только тянут они не баржу, а паровозный вагон, набитый персонажами фильмов, мультфильмов и чужих картин. В «Зверях, сочиняющих письмо царю зверей» позы и мимика участников в точности повторяют «Запорожцев, пишущих письмо турецкому султану», а вокруг стоят музыканты, Христос, боттичеллиевская Венера и Сикстинская мадонна Рафаэля. В «Корабле чудаков» вереница слепых крыс на переднем плане цитирует слепцов с «Притчи о слепых» Питера Брейгеля Старшего, а у края пропасти качается стеклянный «фонтан сладострастий» из «Сада земных наслаждений» Иеронима Босха.

Фокус в том, что это не игра в эрудицию. Цитата нужна, чтобы зритель опознал силуэт и уже на опознанном материале увидел подмену: тянут не то, идут не туда, празднуют не то. Критики описывают метод Гладких как гиперреалистичную прорисовку при ироничной подаче, и формулировка точная, потому что ирония здесь держится на качестве письма. Плохо написанная насмешка выглядит карикатурой. Хорошо написанная работает как притча.

Другая половина метода не литературная, а оптическая. «Воспоминание о рафтинге» построено на гипнагогическом приёме Сальвадора Дали: сплав по горным рекам, водопады, скалы и коряжистые берега складываются в живые образы и в итоге в единый портрет. Тот же принцип разложен на мелкую единицу в «150 причинах посадить розы» и «На сплаве». В каждом лепестке и травинке, в изломе скалистого хребта художник видит человеческий профиль, лицо младенца, морду животного. Смотреть на такую картину — работа. Глаз сначала видит пейзаж, потом различает второе изображение и вернуться к первому уже не может.

Время у него тоже устроено не линейно. В «Ангеле моём» рядом с современными небоскрёбами проплывают фантастические летательные аппараты, из глубины веков выходит старый паровоз, а навстречу ему идёт ангел в прозрачном одеянии и с механическими крыльями за спиной. И только одинокий рыжий пёс на булыжной мостовой возвращает всё это в реальный мир.

Откуда берутся сюжеты, Гладких объяснял так: «Любое событие в жизни художника может быть поводом для акта творчества. Бывает, что картины рождаются неожиданно, приходят во сне, или наяву в качестве образов, не требующих никаких логических построений и дополнений. Просто является образ, во всех деталях, который нужно перенести на холст». Вторая его фраза куда темнее по смыслу: «Как только мы меняем константы — сразу и мир, и первопричины начинают менять миропонимание».

Технически всё это написано по-разному, и разница не косметическая. В ряде работ он берёт контурный карандаш для росписи по шёлку: чёткая линия делает образ выразительнее, а фактура полотна получает объём. Так сделаны «Городская рапсодия», «Предсказательница», «Автопати», «Страна чудаков», «Сеятель», «Внезапная охота одинокого барабанщика». В акриле мастихином работает другая логика: объёмные мазки выступают над поверхностью холста, появляется рельеф и игра света на гребешках краски. Этот эффект заметен в натюрморте «Букет диких ягод», в «Первоцветах», «Весеннем солнышке», «Вечных странниках», «Полнолунии», в картине-фэнтези «Лесная сказка». Помимо акрила он работает маслом, а графику делает акварелью.

Обычно советуют, что сюрреализм живёт воображением, а не ремеслом, и что фантастическое не нуждается в точности. Здесь всё наоборот. Фантасмагория убедительна ровно настолько, насколько дисциплинированно положен мазок: стоит ослабить прорисовку, и зверь перестанет быть страшным, а фонтан сладострастий превратится в декорацию.

Рядом с фантасмагориями существует вторая линия, вполне реалистическая. Пейзажи и портреты он пишет в поездках по Башкирии, другим регионам России и за границей: уютные улочки Черниковки и уфимские парки в «Романтике. Улице Первомайской», «Летнем полдне», «Парке Якутова», тихие окрестности в «Тихом лесном уголке», «Осеннем утре», «Мостике», «Упавшей сосне», «Родном крае». Из дальних поездок пришли «Венеция. Дворец Дожей», «Карлов мост», «Сиде. Турция. Развалины храма», «Шёлковый путь», «Город богов». В 2017 и 2018 годах он участвовал в арт-симпозиуме в парке масляной живописи Ганчжоу Шанъю в Китае, и работы Гладких теперь есть в частных коллекциях России, США, Франции, Германии и Китая.

Монастырская жизнь запечатлена в небольших композициях «Мать Анастасия», «Верхотор», «Сельский храм», «Отец Андрей. На колокольне». Древние мифы и сказки — в «Ягине», «Ладе», «Золотом руне», «Фениксе». А портреты учениц («Лилия», «Регина», «Ляйсан», «Зиля») окрашены тем самым мягким лиризмом, который в фантасмагориях почти не встречается. Эта линия важна не как отдых от основной работы. Это тот же глаз, натренированный различать лицо в травинке и травинку в лице, только направленный на живого человека.

Выставки шли своим чередом. В 2012 году работы показали в Москве, в галерее фонда «Миротворец» на территории «ГринВуд Парк». В Уфе, в галерее «Урал», прошла персональная выставка, которая работала до 4 марта 2020 года. В Картинной галерее Салавата показывали «Интеллектуальный мир Михаила Гладких» — до конца августа. В мае 2023-го в уфимском Доме купца Ф. Чижова открылась «Мир образов», приуроченная к юбилею художника, а в выставочном зале «Ижад» Башкирского государственного художественного музея имени М. В. Нестерова до 16 июля 2023 года шла выставка «Волшебные миры»: около ста произведений за период с 1999 по 2023 год.

Обе эти экспозиции сделаны вместе с женой, Светланой Гладких. Она художник-кукольник, и её биография начинается с потери: весной 2020 года, с приходом ковида, она осталась без работы и наконец занялась тем, о чём думала давно. Специального образования нет, училась по интернету у мастеров. В 2022-м стала лауреатом международного конкурса «История моды» с композицией «Памяти Вивьен Вествуд», в том же году победила на IV международном виртуальном конкурсе авторских кукол «Gaudir» в Испании, номинация «Экспрессия», с работой «За кулисами» («Маленький скрипач»). «Если каждый человек – это целый мир, то делать куклу – это как писать книгу, придумывать этот мир, его характер, его историю», — говорит Светлана.

С 16 по 22 марта 2024 года «Мир образов» показывали в Москве, в галерее ARTMAISON, куратор Aaron Gelrud. Куда причалит корабль чудаков дальше, никто не берётся предсказывать, и сам художник относится к этому спокойно: у него картины приходят во сне, целиком, в деталях. А пассажиры на палубе тем временем музицируют.